Скульптура. Часть 3.
3
Скульптурные школы Пьедрас Неграс и Паленке во многих отношениях были близки. В произведениях паленкских мастеров мы также встречаемся с мягкостью и чистотой лаконичных контуров, безупречностью пропорций, продуманностью и гармоничностью композиций. Основным материалом был штук, которым скульпторы Паленке владели совершенно блестяще; каменные рельефы встречаются значительно реже из-за определенных свойств местного известняка. Создание рельефов из штука в условиях влажного тропического климата было значительным достижением и требовало иных навыков, чем при работе в камне. Так, например, изучение штуковых рельефов в «Большом дворце» показало, что они время от времени реставрировались: покрывались новым тонким слоем, на который резцом наносили детали, и заново раскрашивались. На многих произведениях обнаружено по нескольку таких слоев.
В Паленке господствует пластика, связанная с архитектурой. Барельефами украшали наружные стены зданий, составляющих дворцовый комплекс, а на внутренних помещали медальоны; в святилищах храмов были большие панели, так называемые «таблетты». Замечательные образцы недавно найдены и в склепе пирамидальной базы «Храма надписей».14
![искусство майя](Images/Artifacts/Mayas/maya_art55sm.gif)
Центральная часть панели. «Храм Солнца». Паленке. Прорисовка.
В творчестве паленкских скульпторов имеется ряд своеобразных черт, отличающих их работы от произведений мастеров других городов. Сочетание низкого и высокого рельефов, столь характерное для ваятелей Пьедрас Неграс, почти совершенно не привлекало мастеров Паленке, они трактовали формы более плоскостно. Искать причину этих принципов в свойствах материала не следует, — в том же Паленке сохранились многочисленные шедевры круглой скульптуры из штука.
Персонажи на рельефах следуют майяскому идеалу красоты: у них вытянутые лица с высокими плоскими лбами (очевидно, следствие искусственной деформации головы), большие орлиные носы, косые глаза. Фигуры несомненно передают индивидуальные особенности: различный рост, старческую сутуловатость, юношескую стройность и подтянутость и т. д. Большое внимание уделяется деталям, главным образом в костюмах и украшениях: расшитые драгоценными камнями и раковинами одежды, сандалии, щитки на ногах, пышные головные уборы из перьев, ожерелья, ручные и ножные браслеты изображаются с величайшей тщательностью, доходящей порой до того, что они начинают играть самостоятельную роль. Обычно композицию окружает рамка из иероглифов или искусно сгруппированных декоративных элементов.
![искусство майя](Images/Artifacts/Mayas/maya_art56sm.jpg)
Святилище «Храма креста». Паленке. Реконструкция Т. Проскуряковой
Характерным примером паленкского барельефа может служить большая стенная панель из «Храма солнца».15 В центре ее на щите помещена маска божества земли, прикрепленная к двум перекрещенным копьям, которые упираются в священную «змеиную полосу», поддерживаемую двумя скорченными пышно одетыми человеческими фигурами. Справа от этой центральной группы на спине прижавшегося к земле человека стоит очень высокий, худой и пожилой правитель в простой одежде; он на вытянутых руках подносит к священному символу небольшую статуэтку сидящего божества. Слева находится юноша маленького роста в пышном костюме, но босой, также стоящий на согбенном человеке; и у него в руках статуэтка бога, но несколько большего размера, с головой летучей мыши-вампира. С боков композиция ограничена пространными надписями. Эти же два главных персонажа (вероятно, правитель и наследник) изображены на рельефах и в святилищах «Храма креста» и «Храма лиственного креста». Все они имеют одинаковую композицию; меняется лишь объект поклонения: в одном случае — священное мировое дерево в виде креста, в другом — то же дерево с листьями и мифологической птицей, сидящей наверху. По религиозным представлениям майя такие деревья стояли в четырех углах и центре вселенной; они поддерживали небесный свод. Очевидно, правитель и наследник — исторические лица,16 хотя «Храм креста» более древний (
![искусство майя](Images/Artifacts/Mayas/maya_art57sm.gif)
Рельеф на крышке саркофага. Паленке. Прорисовка.
Первоначально в «Храме лиственного реста» у дверного проема, ведущего в святилище, были установлены и другие рельефы. Все декоративное оформление этого комплекса хорошо показано на реконструкции Т. Проскуряковой.17 (В колониальное время его части были перенесены и вмурованы в наружную стену церкви в селении Сан Доминго Паленке). Панель слева от входа изображает молодого человека в великолепном одеянии; многочисленные перья его головного убора разбросаны в разные стороны, грудь украшает тщательно сделанное ожерелье, а к поясу с тяжелыми драгоценностями прикреплена голова ягуара. В правой руке, опущенной вниз, этот персонаж держит стилизованную скульптуру небесного двухголового дракона, а левой рукой делает изысканный жест, напоминающий ритуальный жест молодого майяского бога из храма 22 в Копане.
Совсем другой образ показан на панели, помещавшейся справа от входа. Ссутулившийся старик с проницательным взглядом и хитрым выражением лица сразу приковывает внимание. Он одет в ягуаровую шкуру, поверх которой висит необыкновенно длинная нитка бус. Руками он сжимает какой-то продолговатый, узкий предмет, который держит во рту; из него выходят извилистые клубы дыма. Возможно, это трубка или сигара. По-видимому, перед нами бог огня, повелитель могучих вулканов — одно из самых древних божеств Месоамерики. Уверенный, смелый и точный рисунок, который так характерен для композиций «таблетт», свойствен и этому памятнику.
Интересным образцом культовой трактовки бытовой сцены может служить рельеф на крышке саркофага из крипты «Храма надписей», изображающий покойного правителя лежащим под мировым деревом, на вершине которого сидит птица.18 Простой сюжет — отдых под тенью лиственной кроны — переосмыслен как рассказ о счастливой жизни в загробном мире. Все свободные участки поверхности вокруг центральной композиции заполнены символическими знаками благополучия, мешающими восприятию содержания. Дерево, трактованное весьма условно, резко контрастирует с очень живым изображением правителя, лежащего в свободной непринужденной позе.
К сожалению, большинство штуковых рельефов Паленке сильно пострадало от климатических невзгод, археологических «розысканий» капитана дель Рио и варварского обращения случайно забредавших в развалины искателей жевательной смолы — чиклеро. Поэтому часто мы можем составить о них более ясное представление только по рисункам путешественников прошлого столетия, видевших их в более хорошем состоянии. Об одном таком рельефе — возможно, из числа самых выдающихся в художественном отношении — панели из «Храма прекрасного рельефа» можно судить лишь по рисунку французского путешественника Фр. Вальдека, видевшего его еще неразрушенным. А в настоящее время он, к сожалению, уже не существует. Вальдек, конечно, внес определенные элементы «европеизации» в свой рисунок, но сюжет и композицию утраченного рельефа все же можно представить себе достаточно ясно. Это изображение юного бога, сидящего на массивном троне, оформленном в виде ягуара.
![искусство майя](Images/Artifacts/Mayas/maya_art58sm.gif)
Рельеф. «Большой дворец». Паленке. Прорисовка
Совершенно иными по сюжету являются барельефы «Большого дворца». Скульпторы, учитывая назначение здания, стремились рассказать в них о величии и могуществе правителей Паленке. На многих панелях, обрамляющих лестницы, враги, стоя на коленях, как будто ожидают выхода торжествующего победителя. Их могучие тела еще более подчеркивают, насколько силен был захвативший их противник. На другом рельефе та же тема победы приобретает более своеобразное звучание. Ваятель показывает героя-правителя в кругу семьи, вместе с женой и сыном. Спокойные лица, свободные позы женщины и юноши создают впечатление интимной домашней сцены. И только скорченные фигуры врагов, находящиеся у них под ногами, напоминают о трагических событиях войны.
![искусство майя](Images/Artifacts/Mayas/maya_art59sm.jpg)
Пожилой мужчина. «Храм Солнца». Паленке
Сохранившиеся образцы круглой скульптуры Паленке являются подлинными шедеврами. Они также создавались как части различных архитектурных украшений (фризов, кровельных гребней и др.), но каждая такая деталь глубоко индивидуальна по замыслу и художественному решению. К числу их, например, относится маска с фриза «Храма Солнца». Несмотря на специфику ее назначения, перед нами истинно реалистический портрет пожилого, много пережившего мужчины. Внимательно смотрящие вперед глаза (зрачок, вероятно, был обозначен краской), крупный нос с широкими ноздрями, очень четко обрисованный большой рот, характерные линии складок, идущих от носа, выступающий вперед подбородок — все это говорит о том, что скульптор лепил маску с натуры. Никаких канонических черт в этом образе нет. Приходится только удивляться творческой смелости и наблюдательности мастера, не побоявшегося отбросить традиционные условности в произведении, предназначавшемся для украшения культового здания.
![искусство майя](Images/Artifacts/Mayas/maya_art60sm.jpg)
Молодой воин. Паленке
Не менее яркое впечатление производит и голова молодого воина, найденная в гробнице «Храма надписей». Удлиненное лицо со впалыми щеками, большие миндалевидные глаза, изящные по рисунку уши, маленький, слегка открытый рот, отступающий назад подбородок даны предельно выразительно, но все же в рамках канона. Несмотря на остроту характеристики, в этом произведении нет силы и жизненности реалистического портрета. Вероятно, ваятель хотел создать идеальный образ молодого майяского воина.
Скульптурная школа Паленке несомненно оказывала большое влияние на пластику соседних городов. Можно проследить, как изменения и нововведения, отмеченные в творчестве паленкских мастеров, через некоторое время появлялись в художественном стиле памятников, расположенных иногда довольно далеко от Паленке. В середине 30-х гг. экспедиция Туланского университета открыла в поселении Комалькалько (мексиканский штат Табаско, приблизительно в
![искусство майя](Images/Artifacts/Mayas/maya_art61sm.jpg)
Притолока 33. Йашчилан
Скульптурная школа Йашчилана была во многом противоположна паленкской как по художественным приемам, так и по стилевым особенностям. Кроме стел, основным видом скульптурных памятников здесь были рельефы на монолитных каменных притолоках. Они часто использовались по нескольку раз в различных по времени постройки зданиях. Тематика йашчиланских рельефов очень разнообразна: здесь сцены триумфа и инвеституры, явлений божеств, вручения знаков власти старшим военачальником младшему, подношения дани или подарков, изображения побежденных перед победителем, правительницы с ребенком перед правителем, ритуальных истязаний.
![искусство майя](Images/Artifacts/Mayas/maya_art62sm.jpg)
Притолока 26. Йашчилан
Нередки на притолоках и большие иероглифические тексты.
Йашчиланские скульпторы не интересовались сопоставлением высоких и низких частей композиции, поэтому рельеф имеет у них несколько плоскостный характер. Несмотря на это, стиль йашчиланской пластики очень энергичен и выразителен, хотя и несколько грубоват. Фигуры обычно массивны и приземисты с непропорционально большими головами; в ряде случаев детали костюма передаются более обобщенно, чем в скульптурных памятниках Паленке. В конце существования города (он, вероятно, погиб около
![искусство майя](Images/Artifacts/Mayas/maya_art63sm.jpg)
Стела 11. Сторона А. Йашчилан
Очень интересен и другой рельеф (притолока 26 из того же здания 23). На нем мы видим молодого правителя, правую руку с длинным ножом он опустил вниз, а левая, согнутая в локте, поднята в энергичном жесте. Возможно, он отдает приказание или упрекает в чем-то свою жену, стоящую перед ним в почтительной позе. На вытянутых руках она держит боевой шлем в виде головы ягуара, украшенный пышным ниспадающим до земли плюмажем. Может быть, это та же женщина, которая изображена и перед змеиным божеством и приносящей кровавую жертву (притолоки 24 и 25). Сердитое выражение лица у мужа и внимательно покорное у жены передано скульптором так живо и естественно, что эта почти жанровая сценка, столь необычная для монументальной скульптуры майя, надолго запоминается всякому, увидевшему ее.
![искусство майя](Images/Artifacts/Mayas/maya_art64sm.jpg)
Стела 11. Сторона Б. Йашчилан
Значительным памятником Йашчилана, как по своему политическому содержанию, так и по художественным достоинствам, является стела 11 (условная дата
Иногда рельефы Йашчилана кажутся «переводами» с дерева на камень. Действительно, влияние деревянной скульптуры в йашчиланских памятниках значительно сильнее, чем в каких-либо других произведениях крупной майяской пластики. К сожалению, такое взаимовлияние памятников, выполненных в различных материалах, еще совершенно не изучено.
Многочисленные рельефы Йашчилана позволяют определить в какой-то мере их характерные черты. Но о круглой скульптуре мы сказать еще ничего не можем, так как в настоящее время известна только одна статуя, которая украшала в древности кровельный гребень здания 33. Божество или правитель в надбедренной повязке, сложном ожерелье-нагруднике и головном уборе в виде змеиной пасти, украшенном пышным султаном, сидит, скрестив ноги и положив руки на колени. По художественным особенностям статуя не выделяется чем-либо среди других памятников йашчиланской пластики; поза ее канонична, а лицо не несет ярко выраженных индивидуальных черт.
14 EMA,
16 Там же, табл. 76, 81. В длинных текстах, обрамляющих изображения, можно видеть родословную этих лиц. Попытку истолковать эти надписи сделал Г. Берлин в двух исследованиях (Н. Berlin. The
17 Т. Proskouriakoff. An Album of Maya architecture, стр. 11—13.
18 Это один из самых больших рельефов в Паленке —
19 Tribes and
20 J. Pijоan. Summa artis.